Блогер Артем Прокопенко: «За секундами хайпа стоят месяцы подготовки и реальный риск»

Он превращает рев моторов в тренды, а смертельно опасные трюки – в вирусные видео. Артем Прокопенко – авто- и мотоэкстремал, чей блог собирает миллионы просмотров, а каждый новый рилс зрители смотрят затаив дыхание. Но идеальный монтаж в соцсетях – лишь верхушка айсберга. 

Дальше – откровенный разговор о реальной цене каждого лайка, законах физики и границе, которая отделяет красивое шоу от чистого безумия.

– Первый вопрос, который возникает, когда смотришь твои трюки: у тебя вообще есть инстинкт самосохранения? 

– Конечно есть. Просто в пиковые моменты он иногда полностью отключается – сам не знаю почему. 

– С чего всё начиналось? Помнишь свой первый трюк?

– Если честно, я пришел в эту сферу ради просмотров и медийности, а экстрим выбрал потому, что это моя стихия. Я ведь всё детство провел на крышах, постоянно где-то лазил и рос типичным «трюкачом». Потом увидел в сети парня из России со схожим контентом и понял: это мой шанс. У нас в стране эта ниша была абсолютно свободна, так что в 21 год я просто запустил свой проект.

Зимой прыгал через движущуюся машину со старой бочки. На тот момент уровень сложности казался запредельным, хотя сейчас это уже база. А вот самый жесткий вызов, который я себе бросал, – перепрыгнуть авто с места, когда оно летит прямо на тебя. Мы долго готовились, но в итоге я физически не смог это сделать. Этот трюк так и остался незакрытым гештальтом, но я не исключаю, что еще вернусь к нему. Из того, что мы все-таки выполнили, самым жутким была стойка на голове на вершине башни. Вот тогда было реально страшно. Сейчас я уже спокойнее отношусь к высоте, но в тот конкретный момент внутри всё просто сжималось от ужаса.  

Съемка трюка. Фото из личного архива героя

– Мысль о возможных травмах не пугает перед съемками?

– На самом деле страха нет. Я всегда иду на трюк с четкой уверенностью, что всё получится, и на съемочной площадке это правило пока работает. До переломов или тяжелых травм на съемках ни разу не доходило. Бывали, конечно, моменты, когда меня зашивали, но всё это мелочи. 

Парадокс в том, что сильнее всего я «размотался» совсем недавно – в обычной жизни. Просто жестко упал с мотоцикла на ровном месте и стесал себе всё: руку, бедро, плечо и спину. Со мной даже связывался Белгосстрах – предлагали сотрудничество, но я пока не готов. Моя логика простая: покупая страховку, ты как будто сам себе ставишь мысленную установку, что скоро развалишься. А когда ты не застрахован – этой границы в голове просто нет.

– Близкие относятся к твоему занятию так же философски спокойно?

– Ой, нет, совсем наоборот! Когда мама увидела мой первый ролик, во всей Беларуси резко пропал магний. Меня долго пытались отговаривать, убеждали, что мне это не нужно, что я талантливый парень и найду себя в чем-то другом. Но на все вопросы «зачем тебе это?» я просто отвечал: «Скоро сами увидите». И со временем они действительно увидели – пошел мощный отклик от людей, посыпались приглашения на мероприятия, коллаборации. 

Не могу сказать, что сейчас семья одобряет абсолютно всё, но они смирились. И я знаю, что за каждый трюк они жутко переживают, но всё равно поддерживают. А вот друзья сразу оценили тему. Правда, в шутку называют меня адреналиновым наркоманом. Что ж, доля правды в этом есть.

Выступление Артема на «Тачки Пікнік 2026»

– Как в твоей голове зарождается идея нового трюка? И на чем тебе самому больше нравится работать – на авто или на мотоциклах?

– Если выбирать чисто для души, то, конечно, мотоциклы. Но автомобили в кадре всегда смотрятся дороже, масштабнее и эффектнее. Сами идеи приходят по-разному. Что-то придумываю сам – образ просто внезапно вспыхивает в голове. Что-то заимствую у зарубежных блогеров и профессиональных каскадеров. Иногда я могу просто вдохновиться сценой из боевика и примерить на себя роль Джеки Чана. Правда, у меня нет всей этой киношной графики и спецэффектов – в моих соцсетях только абсолютная трушность и чистый экстрим.

– А есть кто-то из наших или зарубежных ребят, с кем тебе хотелось бы замутить совместный проект? За кем сам следишь?

– Из российских парней я бы, пожалуй, фитанул с Женей Чеботаревым – у него мощный контент. А вот с западными экстремалами как-то не складывается, даже не знаю, за кем следить постоянно. У них у всех очень узкая тема. Смотришь: один нереально крут, но прыгает чисто на BMX. Другой раздает стиль, но строго на мотике. Третий вообще только через тачки летает. 

Они все жестко привязаны к одному снаряду, а я люблю универсальность. Мне интереснее брать шире: могу и на машине исполнить, и на байке, и на самокате. Да, я не лезу в те ультрадикие трюки, которые они годами точат в своей одной дисциплине, зато я могу одинаково круто залететь вообще в любую движуху.

Выступление Артема на «Тачки Пікнік 2026»

– Что насчет команды? Сколько человек нужно, чтобы всё это организовать?

– На самом деле, каждый раз по-разному. Постоянного состава у меня нет. Практически всегда на съемках задействованы разные люди – в основном это мои друзья и знакомые из Минска или из деревни, откуда я родом. Я придерживаюсь принципа: если хочешь сделать хорошо – сделай это сам. Поэтому весь цикл, от возникновения безумной идеи в голове до финального монтажа видео и ведения соцсетей, полностью лежит на мне.

– А реквизит? Не жалко, что большая часть техники после съемок идет в утиль?

– Практически весь транспорт, который люди видят в роликах, я покупаю сам, на свои деньги. Конечно, бывают рекламные проекты и коллаборации, но это меньшая часть. Жалко ли мне технику? Первые пару секунд действительно грустно, особенно если это была крутая тачка, которая в процессе репетиций разбилась вдребезги. Но потом я успокаиваю себя мыслью, что такова ее участь в моих руках. За время съемок от меня знатно «пострадали» десятки автомобилей, мотоциклов, скейтов, самокатов и еще много чего. Но эмоции зрителей того стоят.

– Сколько времени проходит от идеи до финального щелчка камеры?

– Всё индивидуально и зависит от кучи факторов: сложности самого трюка, логистики, поиска и доставки нужного транспорта. Есть легкие элементы, которые вообще не требуют подготовки, но стандартный масштабный проект занимает приличный срок – от одного до трех месяцев. Сейчас я готовлю сразу несколько крутых трюков, но все они упираются в организационные сложности. Например, для одного жизненно необходима фура с прицепом, а найти ее под наши экстремальные цели – задача не из легких.

– При таком уровне ответственности на съемочной площадке, наверное, всегда напряженная атмосфера?

– Вообще нет! Понятное дело, что внутри все переживают, но как только начинается подготовка, у всех врубается режим «тупых шуток». Это такой своеобразный защитный механизм, который отлично снимает стресс. А если честно, я уже не раз замечал забавную вещь: во время репетиций и самих съемок все вокруг становятся сверхответственными и серьезными, кроме меня самого. Пока команда контролирует каждую мелочь, я просто кайфую в моменте.

– Ты вкладываешь столько времени, сил и личных финансов ради медийности. Готов ли ты к хейту, который неизбежно приходит вместе со славой?

– Конечно готов, он уже есть. Я прекрасно понимаю, что хейт будет всегда – без этого популярности просто не бывает. Более того, зачастую именно благодаря хейтерам, которые оставляют гневные или спорные комментарии, ролики залетают в тренды быстрее всего. Мне пишут самое разное: от стандартного «зачем ты это делаешь?» до сокрушений в духе «лучше бы машину мне отдал, чем бить ее». На пустой негатив я давно не обращаю внимания, хотя к здоровой конструктивной критике всегда готов прислушаться.

Фото из личного архива героя

– Сегодня ты много говорил о переживаниях своих близких. А когда сам станешь родителем, хотел бы, чтобы ребенок пошел по твоим стопам?

– Вот вы меня и подловили! Честно, я уже думал об этом, и тут мой ответ четкий и непоколебимый: однозначно нет. Я бы точно не хотел, чтобы мой сын или тем более дочь занимались тем же, чем и я. Я бы просто с ума сошел от бесконечного панического страха, особенно понимая, какие риски на самом деле стоят за каждым кадром. Пусть всё это каскадерство останется моей участью. А они пусть лучше занимаются каким-нибудь активным спортом... например, шахматами, и просто живут свою лучшую жизнь.

P.S. от редакции. К сожалению, экстрим не прощает ошибок, и жизнь пишет свои сценарии. Это интервью было записано незадолго до трагических событий в Лиде. 15 августа на автофестивале «Тачки Пікнік» во время выполнения сложного трюка Артем получил серьезные травмы прямо на глазах у сотен шокированных зрителей. Сегодня, когда за его здоровье борются врачи, рассуждения Артема о страхе, риске и цене каждого кадра звучат совершенно иначе. Мы искренне желаем этому парню со стальным характером выздороветь и как можно скорее вернуться к делу всей его жизни.

Дополнено:

29 августа родные Артема сообщили новые подробности о его состоянии. По их словам, он по-прежнему находится в больнице с тяжелой черепно-мозговой травмой. Впереди – длительное лечение и реабилитация.

Семья открыла благотворительный счет для помощи в восстановлении Артема.

Реквизиты для перевода: RUB – BY91AKBB31343000015150070000. Получатель – Прокопенко Виктор Михайлович (отец Артема).

Если у вас есть возможность, поддержите Артема переводом на благотворительный счет. Близкие благодарят всех, кто уже помогает, и сообщают: сам Артем расскажет о своем состоянии, когда это станет возможно.